Приветствую вас на канале «КиноИнтрига» о кино и около киношной жизни!
«Водку пил, пью и буду пить», – откровенно заявляет в своих многочисленных интервью «главный мушкетер России», да так убедительно, словно произносит мушкетерский девиз. И ведь пьет. Несмотря на панкреатит, чуть не отправивший его в могилу и вопреки инсулинозависимому диабету. «Я такой какой я есть, и ни о чем не жалею», – подводит черту актер.
Каким был и какой он сейчас – неподражаемый гасконец, неисправимый романтик, дамский угодник Михаил Боярский, расскажем в статье.
Михаилу было 29, когда он сыграл главную роль в своей жизни, после которой на него буквально обрушилась всесоюзная слава. После «Мушкетеров» Михаил Боярский для зрителей навсегда стал Д'Артаньяном.
Он и впрямь был очень похож на своего экранного героя. Правда, об этом не сразу догадался режиссер фильма Георгий Юнгвальд-Хилькевич, наметивший на роль главного героя Александра Абдулова, а Боярскому предложивший Рошфора.
Но, когда актер в костюме французского графа влетел на съемочную площадку, все поняли: вот он, главный мушкетер. Композитор Максим Дунаевский добавил: «Он еще и поет прекрасно». И судьба Боярского была решена – он стал Д'Артаньяном.
Надо ли было Михаилу вживаться в образ? Вовсе нет. Он и до мушкетерского воплощения по своей натуре был тем самым удалым гасконцем, больше всего в жизни обожающим деньги, водку и женщин.
Первую в своей жизни стопку самогона он попробовал в 6 лет в компании отца Сергея Боярского – актера ленинградской «Комиссаржевки». Мать, увидев, рюмку в руке своего любимца закричала от ужаса, а отец по-хозяйски успокоил: «Пусть приобщается к взрослой жизни».
И мальчик приобщался. В 13-14 лет пил стаканами. Не потому, что так хотелось – куража ради. А потом была дворовая компания, гитары, девочки и драки. Немного остепенился Миша Боярский, когда пришла пора получать профессию.
Все старания родителей сделать из парня академического музыканта рассыпались вдребезги, когда сын заявил, что будет поступать на актера. Пришлось принять это как данность.
И поступил же! Сразу в два института. В Школу-студию МХАТ и Ленинградский театральный. От Москвы пришлось отказаться. Не мог Миша жить в общежитии, пропал бы мамин любимец.
В 1972-ом окончил институт и не смог устроиться ни в один театр. Пришлось папе похлопотать за сына.
Худрук «Ленсовета» Игорь Владимиров взял его к себе. Очень ему приглянулся Миша Боярский, обладающий великолепными музыкальными данными, умеющий прекрасно играть на фортепиано и гитаре, петь и свободно держать себя на сцене. Правда, с порога режиссер заявил юноше с пылающим взором, жадно посматривающим на красивых девушек вокруг: «Никаких романов в театре!»
Романы, конечно, были, а один такой закончился к неудовольствию Владимирова штампом в паспорте. С Ларисой Луппиан Боярский познакомился на репетициях спектакля «Трубадур». Все закрутилось так серьезно, что Михаилу пришлось пойти со своей «принцессой» в загс. Его «окольцевали» в 28 лет, но он не собирался отказываться от свободы и продолжал вести разгульный образ жизни.
На съемках «Мушкетеров» страсть Боярского к вину и женщинам дошла до апогея. Снимали кино в Одессе. Лето, море, свобода, молодость. И закрутилась «мушкетерская вакханалия». Правда, работали профессионально, на совесть выполняя все указания режиссера. Зато в свободное время кутили от души. Водка и пиво лились рекой, от женщин не было отбоя.
Закончилось все только тогда, когда озабоченный режиссер вызвал на съемки мать Боярского. Нужно было приводить в порядок неукротимого гасконца. Екатерина Михайловна сделала это замечательно. Окруженный ее заботой, Михаил успокоился и смог, наконец, нормально работать.
После славы, обрушившейся на Боярского с выходом на экраны «Мушкетеров», алкогольные возлияния продолжались еще несколько лет. И казалось, конца этому не будет. Отчаявшись, Лариса решилась на развод. Но не успела. Михаил попал в реанимацию с острым приступом панкреатита, который накануне «лечил» водкой и пивом.
10 дней актер находился на грани жизни и смерти. Любящее сердце женщины подсказало: надо спасать мужа. И она осталась рядом с Михаилом. Как показало время, навсегда.
Актер смог справиться с болезнью. Некоторое время не пил, как и просили врачи. Но окончательно отказаться от алкоголя не захотел. Уверен, что правое творческое полушарие непременно нуждается в разгрузке, да и мир без вина слишком тусклый.
К сожалению, панкреатит со временем перешел в сахарный диабет, и теперь Михаил вынужден постоянно делать инъекции инсулина. Но к своей болезни он относится философски, инвалидом себя не считает.
С рождением в 1980-ом сына Сергея, а через пять лет и дочери Елизаветы жизнь актера вошла в нормальную колею. Он остепенился. Забыл о романах и ночных кутежах. В семье Боярских воцарился мир и взаимопонимание.
80-е – пик творческой карьеры артиста. Безумно популярный актер продолжал много работать. Снимался параллельно в нескольких картинах, как эстрадный певец выступал с концертами, играл в театре.
Постепенно росло благосостояние семьи Боярских. Из коммунальной комнаты они переехали в просторную квартиру в центре Ленинграда. Сделали шикарный ремонт. Построили дачу в пригороде. Обзавелись машиной. Подросли дети. Звездный отец помог и им устроиться в жизни. А теперь подрастают внуки.
Михаилу Боярскому 71 год. Он продолжает работать. Правда, не так интенсивно, как раньше. Вместе с Ларисой Луппиан играет в спектакле «Интимная жизнь». Снимается в «Гардемаринах – 4» у Светланы Дружининой в роли де Брильи.
Боярский сегодня не представляет своей жизни без любимой семьи. Некогда непоседа, неугомонный гуляка и сердцеед теперь не жалует шумные тусовки. Чаще всего его можно встретить в компании внуков. Любящий дедушка готов дни напролет возиться с малышами, словно наверстывая время и внимание, не отданное когда-то своим детям.
